Еще раз о членстве в ООН и признании границ

Printer-friendly versionPrinter-friendly version
Еще раз о членстве в ООН и признании границ
Опубликование пары злополучных протоколов явилось поводом, чтобы некоторые из журналистов, считающих себя политологами, начали выкладывать свои соображения о международном праве. Соображения, отнюдь не подтвержденные ссылкой на какой-либо документ, однако носящие оттенок безапелляционного суждения. 
Учитывая злободневность вопроса, вынужден вернуться к озвученному на днях мнению, которое, конечно, не ново для нивы армянской, т.н. политической, мысли. Я недавно имел повод прочитать следующее: «На самом деле, когда Армения стала независимой и стала членом ООН, то она просто признала сегодняшние границы»
Вначале скажу, что в межгосударственных отношениях «просто» ничего не бывает. Определенные юридические последствия могут иметь только законные документы, заключающие в себе соответствующую правовую формулировку. Тем более в случаях, когда вопрос касается границ. Провозглашение независимости, признание независимости, установление дипломатических отношений, членство в ООН – все это не имеет никакой связи с границами. Границы утверждаются, уточняются, подвергаются изменению только определенным правовым процессом и соответствующим инструментом международного права. С чисто юридической точки зрения граница не существует, пока нет соответствующего межгосударственного договора о ней, т.е. законного документа, содержащего описательную часть границы и имеющего прилагающиеся карты. Бывшие внутригосударственные административно-территориальные разделительные границы распавшегося государства (имеется в виду СССР) не могут являться законной основой для межгосударственных границ. 
«На самом деле» провозглашение независимости РА имело только одно правовое следствие: сегодняшняя РА стала правопреемницей существовавшего на ее теперешней территории предыдущего государственного образования – Первой Армянской Республики 1918-20гг. Естественно, если есть законные договора, которые юридически закрепляли бы границы предыдущей государственности, значит правопреемница наследовала также и эти границы. Если нет, значит желательно на основе норм международного права и принципов эти границы утвердить. 
Теперь несколько слов о «просто» признании границ путем членства в ООН. 
Для того, чтобы делать подобные наставления, по меньшей мере, необходимо ссылаться на ту статью устава ООН, которая предусматривает подобное положение. Этого не сделано, потому что подобного попросту нет в уставе ООН. Когда индивидуум или государство состоят в членстве в какой-либо организации, они принимают на себя обязательства и права, закрепленные только в учредительном документе/документах данной организации. Ни больше, ни меньше. 
Краткое рассмотрение вопроса показывает, что членство в ООН вообще не имеет каких-либо целей или юридических последствий, связанных с признанием (куда уж там признание границ). Состоять в ООН, или, с правовой точки зрения более грамотно – быть представленным в ООН, и признание государства или правительства – суть разные действия, друг от друга существенно отличающиеся как в базисе, так и по последствиям. 
Для подтверждения своих слов сошлюсь на соответствующие официальные документы Генсека и Совбеза ООН. Еще 8 марта 1950г. тогдашний Генсек ООН Трюгве Ли (Trygve Lie) в официальном письме с приложенным к нему пятистраничным меморандумом коснулся данного вопроса, дав исчерпывающее разъяснение: «Членство в ООН не имеет правовых последствий какого-либо признания»
Генсек ООН уже в самом начале своего официального письма однозначно констатирует, что связывать вопрос признания с вопросом членства в ООН «нежелательно с практической и ошибочно с точки зрения правовой теории» (This linkage [of the question of representation with the question of recognition] is unfortunate from the practical standpoint, and wrong from the standpoint of legal theory).
Отмеченное разъяснение как и письмо за №S/1466 Совбеза ООН под заголовком «Меморандум о правовых аспектах представительства в ООН» (United Nations Security Council, Memorandum on the Legal Aspects of the Problem of Representation in the United Nations, General, S/1466, 9 March 1950) были опубликованы на следующий день – 9 марта 1950г., т.е. им был придан самый высокий возможный юридический статус в рамках ООН.
Меморандум также подтвердил то, испокон веков существующее в общем международном праве основное положение, согласно которому «признание нового государства или нового правительства существующего государства является односторонним актом, который признающее правительство может предоставлять или отклонять» (The recognition of a new State, or of a new government of an existing State, is a unilateral act which the recognizing government can grant or withhold). То есть признание государства есть предварительное условие членства в ООН, а не следствие этого. Свидетельством служит и тот факт, что даже сегодня в ООН представлены страны, которые не имеют взаимного признания.
Очевидно, если членство в ООН вообще не имеет цели и не порождает каких-либо последствий признания, как может то же самое действие признавать или не признавать границы государств? 
Ара Папян 
9 сентября 2009г.